Главные события

краткие обзоры основных событий в мире

Можем повторить

Можем повторить

А теперь небольшой экскурс в историю похода на Крым в 1918 году. Есть предложение повторить.

Украинский поход на Крым 1918 года

Чего там греха таить, Украинская революция 1917–1921 годов, с её борьбой всех против всех и метаниями между социализмом и национализмом, больше напоминает телевизионную драму, чем героический эпос. Но тем ярче на фоне общих поражений смотрятся выдающиеся победы, одержанные вопреки всему украинскими полководцами. Победы, столько активно замалчиваемые или искажавшиеся советской пропагандой, что и спустя четверть века после возрождения независимости о них знают не все наши соотечественники. Крымская операция или, по старинке, поход Болбочана на Крым в апреле 1918 года – один из самых впечатляющих триумфов украинского оружия по соотношению затраченных усилий и достигнутого результата. Ну а то, что полуостров тогда так и не стал частью страны, виноваты не солдаты, а политики. К 99-летию незаслуженно забытой победы напоминаем украинцам о славе предков и ненавязчиво намекаем россиянам, что при случае «можем повторить».

Всё началось с того, что весной 1917 года в Российской империи сбросили царя. Воодушевлённые украинцы в марте запилили в Киеве Центральную Раду, а крымские татары в апреле в Симферополе – Мусисполком (Временный Крымско-Мусульманский исполнительный комитет, национальное переходное правительство). Оба революционных органа двигались по пути строительства национальной государственности, а поскольку враги у них были общие: российские «демократы», российские монархисты и, понятно, российские большевики, – то Рада с Мусисполкомом довольно скоро подружились. По итогу Киев даже отказался от перспективы присоединения Крыма, ограничив по Третьему Универсалу свои притязания Северной Таврией.

Однако в январе-феврале 1918 года веское слово сказал «товарищ маузер», так что и материк, и полуостров оказались в руках коммунистов, причём с одинаковым результатом в виде красного террора. Однако Киеву повезло больше: он успел заключить Брестский мир, во-первых, выйдя из мировой войны, а во-вторых, получив Германию в качестве союзника. Соединённые австро-германо-украинские силы за два месяца выбросили революционных «братишек» за поребрик, но полному миру, дружбе и жвачке хлебу препятствовала крымская проблема.

С одной стороны, после разгрома крымскотатарского национального движения и узурпации там большевиками власти Киев больше не считал себя связанным старыми договорённостями и претендовал на Крым. С другой стороны, немцы полуостров частью Украины не считали, намереваясь сами занять его и анально покарать севастопольских матросов за их вылазки на материк. В общем, в апреле 1918 года между союзниками развернулась гонка, кто же первый отхватит себе Крым и Черноморский флот в придачу.

10 апреля военный министр УНР Александр Жуковский отдал тайный приказ командиру Запорожской дивизии Александру Натиеву сформировать группу для похода на Крым. В неё вошли 2-й Запорожский пехотный полк, два дивизиона бронемашин, тяжёлая артиллерийская батарея и харьковский партизанский отряд. Позже к ним присоединились Запорожский конно-гайдамацкий полк, конно-горный дивизион и инженерный курень. Всего в Крымской группе было более 9 тыс. бойцов, 12 бронемашин, полдюжины орудий и 2 бронепоезда (не считая 16 транспортных эшелонов). Командиром всей группы был назначен Пётр Болбочан.

Из Харькова через Павлоград и Синельниково украинцы добрались до Запорожья, по дороге участвуя в стычках с большевиками. Там Болбочан планировал по Днепру спуститься до Берислава и двинуться на Перекоп, но местные красногвардейцы увели флот, а ждать было некогда. Поэтому группа по железной дороге отправилась на Мелитополь.

Параллельно на Крым наступал 52-й немецкий корпус Роберта Коша: 217-я пехотная и Баварская кавалерийская дивизии шли на Перекоп, 15-я дивизия ландвера ехала за Болбочаном на Мелитополь, а 212-я пехотная спешно перебрасывалась из Румынии. На момент штурма у Коша под рукой было до 30 тыс. солдат с бронемашинами, артиллерией и даже авиацией.

Крымские «товарищи» сосредоточили на Перекопском перешейке 5 красногвардейских, 3 «партизанских», 2 конных и 1 «интернациональный» отряд с 16–20 пушками, пулемётами, бронемашиной и аэропланами – всего до 7 тыс. человек. Берег Сиваша напротив Чонгара прикрывали 3 «революционных» и 1 конный отряд с бронепоездом, орудиями и пулемётами – всего до 5 тыс. человек. По Северной Таврии было разбросано до 6 тыс. красногвардейцев, анархистов и мобилизованных. Правда, 16 апреля мимо проходил офицерский добровольческий отряд Михаила Дроздовского, который навалял местным большевикам и выгнал их тряпками из Мелитополя, так что в обороне Крыма им поучаствовать не пришлось.

18 апреля немцы пошли на Перекоп и к вечеру прорвали позиции красных. В этот же день Болбочан разгромил остатки «товарищей» к северу от Мелитополя и въехал в город, заставив Дроздовского испытать жгучий баттхерт (страницы его дневника за этот день содержат следы усиленного желчеотделения). Кош, уже ввязавшийся в бой, не препятствовал наступлению украинцев на Чонгар.

Читайте также: "Крымнаш": полезный, но дорогой?

19 апреля дойчи взяли Армянск и в тот же день – Джанкой, но контрудар красных 21 апреля заставил их остановиться. Тем временем Болбочан доехал до Чонгара, разбивая отступавшие большевистские части и по телеграфу выдавая себя за командира одной из таких частей. В итоге в ночь с 21 на 22 апреля украинская мотодрезина под видом советской спокойно проехала по заминированному Чонгарскому мосту и открыла огонь в тылу красных. Те побежали. Утром Болбочан переправил в Крым основную часть войск и к вечеру 22 апреля, после небольшого боя по дороге, прибыл в Джанкой. Немцы попытались препятствовать дальнейшему продвижению Крымской группы, но на первый раз Болбочан просто проигнорировал Коша.

Красные хаотично отступали на Севастополь и Керчь, не оказывая организованного сопротивления; украинцы преследовали их. У Сарабуза (ныне – Гвардейского) к северу от Симферополя 23 апреля большевики предприняли неудачную попытку контратаковать, и уже утром 24 апреля передовые отряды Болбочана ворвались в крымскую столицу, захватив красноармейский штаб (почему украинцы, вопреки советской версии, взяли город первыми – в моём документальном исследовании: рус. и укр.).

Параллельно по всему полуострову заполыхало крымскотатарское восстание, переросшее в новую гражданскую войну с применением артиллерии. Десятки посёлков и несколько городов восставшие освободили от большевиков самостоятельно, часть потом у них отбили красные матросские десанты. Несколько мелких украинских отрядов, пробравшиеся в советский тыл, помогали крымским татарам. Правительство советского Крыма пыталось спастись бегством, но 21 апреля попало к повстанцам в плен, а 24-го числа – было расстреляно.

25 апреля украинская конница овладела Бахчисараем, отступившие в Севастополь большевики телеграфировали в Центральную Раду с просьбой о перемирии и направили в Симферополь делегацию с тем же предложением. Казалось, что дело сделано и Крым стал частью Украины.

Однако 26 апреля немецкие части окружили главные силы Болбочана в Симферополе и приказали сложить оружие. Тот отказался и потребовал прямую связь с Киевом. Переговоры и «война нервов» продолжались целый день. В украинской столице чиновники юлили и малодушничали, сказывались занятыми или вообще не отвечали на запросы (клетчатые одеялки по телеграфу были не видны). Болбочан уже готовился прорываться сквозь немецкие порядки на Феодосию и удерживать Керченский полуостров, как утром 27 апреля министр Жуковский приказал Крымской группе вернуться на материк. Оружие своё украинцы сохранили и вечером того же дня первый эшелон отправился из Симферополя на Мелитополь. Лишь конно-гайдамацкий полк, действовавший автономно, ещё несколько дней провёл в Крыму.

Ну а 29 апреля, вопреки всему, произошло то, ради чего во многом и затевался поход – корабли Черноморского флота подняли сине-жёлтые стяги и признали свою принадлежность Украине. Но Болбочан так и не дошёл до Севастополя, контроль над флотом вернули себе большевики и, опасаясь немцев, вывели его в Новороссийск (спойлер: где и утопили потом).

Читайте также: Крымчане в "родной гавани": нищета и уныние

С чисто формальной, политической точки зрения Крымская операция войск УНР завершилась ничем: ни полуостров не вошёл в состав Украины, ни Черноморский флот не стал по-настоящему украинским. Зато с точки зрения военного искусства это был настоящий триумф, достойный памятников и песен. Уступая большевикам в численности, постоянно оглядываясь на немцев, Крымская группа сделала невозможное – за одну неделю покорила полуостров, принудила противников просить мира и вызвала украинизацию флота. Чонгарский прорыв был блестящей тактической операцией, и, совершив его, Болбочан показал себя выдающимся полководцем, намного превзойдя в умениях и везении того же Фрунзе, чей штурм Перекопа в 1920 году усилиями советской пропаганды был канонизирован.

Увы, 70 лет советской власти и четверть столетия под управлением «совков» почти полностью вытерли память об этой кампании, и только сейчас имя Болбочана возвращается в публичное пространство. Надеюсь, столетний юбилей в следующем году мы встретим достойно. Это ж успешный поход украинцев на Крым, в конце концов. С учётом нынешних реалий – событие знаковое. Чем чёрт не шутит, и вдруг, как говорят наши полярные соседи, мы сможем повторить?

Канд. ист. наук Сергей Громенко

Другие новости



scroll up